О герое статьи кандидата исторических наук Ю.С. Пыльцына большинство читателей узнали ещё в школе. Но не на уроках истории, а прежде всего, на уроках литературы. Не берусь утверждать за всех читателей, но во многих школах было именно так. Александр Христофорович Бенкендорф, генерал от кавалерии, освободитель Голландии от ига узурпатора Наполеона, ближайший советник императора Николая I известен прежде всего, разного рода «страшилками» о том, как он – шеф III Отделения собственной Его Императорского Величества Канцелярии «угнетал» поэта А. С. Пушкина. И ладно бы в этом была хоть толика правды! Но нет, никаким душителем талантов великого поэта Бенкендорф (как и Николай I) не был. Вся мифология (по-другому это назвать сложно), которую нам внушали со школьной скамьи – не более чем наследие большевистской и либеральной традиции по демонизации как жандармского корпуса в целом, так и его первого руководителя. В 2000-е годы вышли хорошие статьи и книги об Александре Христофоровиче, но инерция сильна. В своём небольшом очерке мы ещё раз вспомним биографию этого достойного сына Отчества. Надеемся, что доживём до такого времени, когда в кабинетах людей, отвечающих за безопасность нашего государства, будут висеть портреты Бенкендорфа, а не бесноватого польского террориста и слово «жандарм» для сотрудников спецслужб будет синонимом профессионализма и похвальной характеристикой.
Наш герой происходил из остзейского рода, получившего дворянство от шведских королей в самом начале XVIII в. После окончания Северной войны, в состав России вошла Эстляндия и Лифляндия, где и проживали Бенкендорфы. Они, как и многие прибалтийские немецкие роды (то самое остзейское дворянство), остались в России, служа новым государям. Александр Христофорович Бенкендорф родился 23 июня (по юлианскому календарю) 1782 года.
Отцом будущего шефа жандармов был Христофор Иванович (Иоганнович) Бенкендорф, тогда премьер-майор, а в будущем он дослужится до генерала от инфантерии и губернатора Риги. Супруга его, Анна-Юлианна Шиллинг фон Канштадт была подругой детства Софии-Доротеи Вюртембергской, которая, став супругой наследника Павла Петровича стала известна в России, как Мария Феодоровна. Великая Княжна, а затем и Императрица. После ранней смерти госпожи Бенкендорф в 1797 г., Мария Феодоровна приняла большое участие в судьбе детей рижского военного губернатора. Надо полагать, не без протекции Императрицы юный Александр был устроен в престижнейший (и очень дорогой! Именно из-за дороговизны Сергей Львович и Надежда Осиповна Пушкины не отдали в пансион Николя своего сына Сашу, поэтому пришлось будущему солнцу русской поэзии учиться «всего лишь» в Царскосельском лицее») в то время в Петербурге пансион аббата Николя.
Правда, больших успехов в науках Александр Христофорович не проявил, а в 16 лет избрал путь не «статского» чиновника или учёного, но военную стезю. В 1798 году он был произведён в прапорщики лейб-гвардии Семёновского полка и назначен флигель-адъютантом к императору Павлу I. Полагаем, и здесь не обошлось без влияния Ея Величества.
После воцарения Императора Александра I служба Бенкендорфа продолжилась по-старому, без особых взлётов или падений. Но вскоре Бенкендорф, как и многие другие офицеры отправился на Запад, в Европу – воевать с порождением французской революции — Бонапартом.
После Тильзитского мира Бенкендорф даже какое-то время служит на дипломатическом поприще при русском посольстве в Париже. Но мерная дипломатическая служба не прельщает молодого 25-летнего штабс-капитана. Он жаждет ратных подвигов. И пусть войны с Францией нет, но на Дунае Россия вновь скрестила оружие со своей старой неприятельницей – Османской империей. Бенкендорф отправляется на войну добровольцем в 1809 году и воюет до самого её окончания – до 1812 года. Именно эта война принесла ему так необходимый боевой опыт – Александр Христофорович на этот раз находился не при генерале, а в авангарде, на острие атаки. В эту войну Бенкендорф стал георгиевским кавалером, получив орден 4-й степени за сражение при Рущуке.
Навыки, полученные на этой войне, оказались чрезвычайно полезными после вторжения Наполеона с «двунадесятью языками» в Россию. Бенкендорф сначала был флигель-адъютантом при Императоре Александре I, а затем командовал авангардом летучего (армейского партизанского) отряда генерала Ф. Ф. Винцингероде. Вместе со своими казаками и гусарами Бенкендорф принял участие во многих сражениях. Тревожа, беспокоя неприятеля, нападая на коммуникации, за весь период Отечественной войны отряд Бенкендорфа пленил трёх генералов и более 6000 прочих армейских чинов.
Отметим, что после оставления французами Москвы именно Бенкендорф был назначен первым военным губернатором освобождённой столицы.
В период заграничных походов, полководческий опыт Александра Христофоровича только вырос. Он разбивает французов при Темпльберге и получает за эту победу орден Св. Георгия 3-й степени, вместе с другими частями входит в освобождённый Берлин, участвует в «битве народов» под Лейпцигом. Осенью 1813 года Бенкендорф получил от своего командира Ф. Ф. Винценгероде приказ идти вдоль р. Иссель к голландскому городу Девентеру, с целью этой демонстрацией сковать французские войска в Голландии и не дать им наступать на германские земли. При этом от Винценгероде Бенкендорф получил указание «не входить в Голландию из-за недостатка войск». Но Бенкендорф решил рискнуть… И 250 казаков, избегая колонн французских войск, двигаясь, зачастую по бездорожью, освободили город Амстердам, оказавшись в тылу французской группировки войск! Бенкендорф с основными силами идёт на помощь горстке казаков, но в порту города Хардервейка не было столько судов, на которые насчитывал генерал! Отправив бОльшую часть отряда пешим порядком, сам генерал с шестьюстами бойцов морем добирается до Амстердама. Голландцы радостно встречают русских освободителей, объявляют о независимости Нидерландов и… французские гарнизоны окрестных крепостей капитулируют! Смелость города берёт. В прямом и переносном смысле. Закончил антинаполеоновские воины Бенкендорф во Франции.
После окончания Отечественной войны Александр Христофорович служил на командных должностях, управляя кавалерийскими соединениями. В 1824 году Бенкендорф находился в Петербурге, где отличился при ликвидации последствий наводнения, вместе с военным губернатором М. А. Милорадовичем спасая петербуржцев.
Был Бенкендорф в Санкт-Петербурге и в период мятежа декабристов и участвовал в следствии над бунтовщиками. Конечно, Бенкендорф прекрасно осознавал опасность для России идей, которые вызвали восстание декабристов. Точно так же он осознавал и опасность реальных недостатков в жизни Империи. Из-за этих реальных недостатков нестойкие люди как раз и увлекались разного рода прожектами: а давайте заведём конституцию/объявим республику/разделим Россию на штаты – и всё эти недостатки уйдут сами собой.
Александр Христофорович как мудрый человек прекрасно понимал: так не бывает. Нужно, с одной стороны, надзирать над имперской администрацией, чтобы та работала в интересах Государя и подданных, а с другой – выявлять и обезвреживать революционные антимонархические идеи. Именно этой двуединой задачей и должен был служить корпус жандармов, который появился в 1826 году и административно подчинялся III отделению Собственной Его Императорского Величества канцелярии.
По преданию, в ответ на вопрос Бенкендорфа, какие инструкции Николай I может ему дать при вступлении в новую должность, Император вынул из кармана платок, протянул его Бенкендорфу и сказал: «Вот тебе инструкция. Этим платком ты должен будешь вытирать слезы несчастным, сиротам, вдовам и всем обиженным». И жандармерия в этот период занималась не только делами нынешних ФСБ, но, скорее следственного комитета. Если где-то был непорядок – писали в III отделение. Огромное количество разных дел: от контроля за иностранцами, до наблюдения за нравственностью. А занималось этим всего 16 человек! Именно столько состояло в первом штате III отделения!
А что же Пушкин, спросит пытливый читатель? Был ли Бенкендорф «злым гением» поэта? Сам Пушкин писал о Бенкендорфе, что тот «человек снисходительный, благонамеренный и чуть ли не единственный вельможа, через которого нам доходят частные благодеяния Государя». В свою очередь, Бенкендорф писал о поэте, что тот «соединял в себе два единых существа: он был великий поэт и великий либерал, ненавистник всякой власти». Мы можем не соглашаться с шефом III отделения, но заметим, во-первых, что даже при этом шеф жандармов признавал в Пушкине поэтическую гениальность, а во-вторых, всё же Бенкендорф был исполнителем Императорской воли. В огромном массиве писем Александра Христофоровича Пушкину (а по масштабу этот эпистолярный корпус уступает только переписке поэта с женой и близким другом П. А. Вяземским) большая часть – это выражение монаршей воли. Бенкендорф был, главным образом, передаточной инстанцией.
Служил Александр Христофорович Трону и Отечеству буквально до конца своих дней. Весной 1844 году он был отправлен для поправления здоровья на курорт в Карлсбад. Но лечебные воды не облегчали состояние старого служаки. В итоге Бенкендорф решает плыть обратно в Россию, умереть там. Графу довелось увидеть с кормы парохода «Геркулес» очертания родного берега, но ступить на него ему уже не удалось… Последние слова Александра Христофоровича были загадочными для присутствующих. Граф произнёс по-немецки: «Dort oben auf dem Berge» («Там наверху, на горе»).
Девизом графского рода Бенкендорфов было: «Perseverance» («Настойчивость»). И вот, настойчиво, на протяжении уже более 200 лет, крупица за крупицей, как старинный портер в руках реставраторов, очищается образ виднейшего государственного деятеля Александра Христофоровича Бенкендорфа. Надеемся, что и наша статья послужит этому благому делу.
Юрий Пыльцын