Ко дню рождения выдающегося русского флотоводца М.К. Бахирёва публикуем статью доктора исторических наук Д.М. Володихина. Много ли побед русского императорского флота в годы Русско-японской войны 1904-1905 гг. вы знаете? Статья рассказывает об одной из таких побед, когда М.К. Бахирёв вывел русские эсминцы из блокады Порт-Артура. В статье рассмотрен и период Первой мировой войны, когда Бахирёв нанёс немецкому флоту не одно тяжёлое поражение. На его железной воле, по свидетельству современников, держалось сопротивление русского флота в 1917 году. Бахирёв не пошел на службу советской власти. Как истинный казак, он желал служить царю и Отечеству, больше никому. Его арестовали, он долгое время просидел в тюрьме. Его последними словами на суде были: «С телом моим вы можете делать что угодно, а душу мою вам не продам». Знаменитый русский адмирал был расстрелян в январе 1920 года. Вспомним сегодня о подвигах русского героя и помянем его душу.
Будущий флотоводец Михаил Коронатович Бахирёв родился в донской казачьей семье 17 июля 1868 года. Тогда на казаков привыкли смотреть как на отличных кавалеристов. Славилась и казачья пехота — пластуны. Но Бахирёв избрал другой путь, он решил учиться на военно-морского офицера.
В старину донские казаки чаще сражались на судах, чем на конях. Они мужественно атаковали большие турецкие галеры и брали их на абордаж. Славный пример для подражания! А перед глазами мальчика Миши разыгрывались битвы очередной Русско-турецкой войны, начавшейся в 1877 году. Лёгкие русские катера бросались в атаки на мощные турецкие корабли, топили их шестовыми минами и торпедами. Может быть, Миша увидел в геройстве молодых морских офицеров напоминание о славных деяниях казаков стародавних времён. Это и подтолкнуло его к военно-морской службе.
С молодых лет Бахирёв набирался опыта в боевых условиях.
В 1900 году, во время русско-китайского конфликта, он участвовал во взятии фортов Таку. Бахирёв служил тогда на мореходной канонерской лодке «Гиляк», получившей в бою пробоину от крупнокалиберного снаряда противника. После победы в этом сражении командир корабля лейтенант Сарычев в рапорте сообщил: «Я поступлю вполне справедливо, если упомяну о лейтенанте Бахиреве, штурманском офицере лодки, и во время боя, и вообще все время, с момента моего назначения командующим, исполнявшего обязанность старшего офицера. Ему корабль обязан сохранением на воде в первое время. Благодаря его хладнокровному и умелому распоряжению лодка, во время боя не прекращая артиллерийского огня, могла подвести пластырь под пробоину и остановила очень большую течь, не говоря уже о своевременной и умелой замене павших людей новыми из того небольшого числа команды, которая имелась на лодке».
Михаил Коронатович также участвовал в Русско-японской войне 1904-1905 годов. Молодой офицер, он совершил тогда геройское дело. Боевые корабли Тихоокеанского флота России оказались заперты врагом в осаждённой военно-морской базе Порт-Артур. С моря её блокировали японские военно-морские силы. Порт-Артур долгое время отважно сопротивлялся. Но возможности отбиваться в конце концов оказались исчерпаны. Корабли один за другим гибли под огнём вражеских орудий.
Тогда лейтенанту Бахирёву поручили смертельно опасную боевую работу. Во главе отряда из нескольких маленьких, вёртких, скоростных кораблей-эсминцев он должен был прорвать морскую блокаду. Ему также поручалось вывезти секретные документы и боевые знамёна.
В декабре 1904 года Бахирёв устремился на прорыв. Молодецкие его действия напоминалите старые времена, когда донское казачество сражалось с турками на вёртких скоростных судёнышках и побеждало.
Михаил Коронатович пробился, выполнил задачу. Его наградили золотым Георгиевским оружием с надписью «За храбрость».
Позднее его перевели служить на Балтику.
Бахирёв был среднего роста, коренаст, по-медвежьи неуклюж и косолап, что называется «неладно скроен, но крепко сшит». Подчинённые его уважали. В бою он проявлял отвагу и хладнокровие. В мирное время заработал славу мастера своего дела, образцового офицера.
Когда началась Первая Мировая война, Балтийский флот России дал множество боёв военно-морским силам Германии.
Кавторанг Н.Н. Крыжановский исполнял у Михаила Коронатовичао бязанности флагманского штурмана на Бригаде крейсеров Балтфлота. По его словам, адмирал отличался отвагой и хладнокровием. Так, например, Крыжановский свидетельствует: «13 февраля 1915 года 1 Бригада Крейсеров прошла через неизвестную банку в 2 милях от северной оконечности острова Готланд. Крейсер “Адмирал Макаров” шел головным, за ним “Рюрик”, “Олег”, “Богатырь”… Бригада должна была пройти в 10 милях от Готланда, но оказалась в 2 милях, где и прошла через банку, не показанную на карте. Крейсер “Адмирал Макаров” прошел через банку чисто, а “Рюрик” содрал почти все нижнее дно и принял около 5000 тонн воды. Уже вынесли шлюпки за борт на стрелах… Но Коронат удержал. Люди работали, как черти по спасению корабля, и осторожно “Рюрик” дошел до Ревеля. И душой этого спасения был Коронат. На моей памяти это было высшим проявлением его характера и храбрости».
Летом 1915 года русская эскадра отправилась к берегам Германии, чтобы нанести артиллерийский удар по одной из вражеских военных баз. Командующий, контр-адмирал Михаил Бахирёв, держал свой флаг на броненосном крейсере «Адмирал Макаров». За ним двигались ещё три крейсера. Над волнами стлался густой туман, моряки немногое могли различить за его седыми клубами.
Неожиданно русская радиоразведка перехватила сообщение. Неподалёку от эскадры Бахирёва вражеский отряд выполнял в море важное задание. Как выяснилось позднее, немцы ставили морские мины. Бахирёв, узнав о присутствии противника недалеко от своих кораблей, решил напасть на него.
Вскоре близ острова Готланд он вышел со своими кораблями на флотилию немецкого флотоводца Карфа. Враг располагал крейсером «Аугсбург», минным крейсером «Альбатрос» и лёгкими кораблями-эсминцами. Немецкий отряд уступал русскому по мощи артиллерии, но большинство кораблей Карфа превосходило крейсеры Бахирёва по скорости хода. «Аугсбург» и эсминцы могли уйти с поля боя, и они очень скоро воспользовались этим.
Бахирёв не стал тратить время на бесполезную погоню за скоростными кораблями неприятеля. Он устремился за «Альбатросом» — тем единственным немецким кораблём, который не был настолько быстроходным, чтобы ускользнуть. Минный крейсер повернул к водам нейтральной Швеции, чтобы там найти спасение. Радиостанция «Альбатроса» передала на немецком языке открытым текстом: «Прошу выслать в атаку подводные лодки». Но Бахирёв не дал себя обмануть — никаких подводных лодок здесь у Германии не было. Русский флотоводец упорно преследовал вражеский минный заградитель.
Когда русские крейсеры сблизились с «Альбатросом» на дистанцию, достаточную для меткого выстрела, заработали их пушки. Снаряды настигли немецкий минный заградитель. Русские артиллеристы буквально изрешетили его. Очень быстро корабль был тяжело повреждён, потерял большую часть экипажа — 82 человека. От отчаяния командир «Альбатроса» отдал приказ: выброситься на шведский берег. С креном на левый борт разбитый корабль вылетел на камни. Победа!
Эскадра Бахирёва ещё дважды сталкивалась с отрядами немецких крейсеров, вступала с ними в перестрелку и наносила им урон. Наконец, немцы отступили.
Вражеское командование направило на помощь своим ещё два тяжёлых крейсера. В это же время русский флотоводец доложил своему начальству, где искать ушедшую неприятельскую флотилию. Полученные от него данные были сообщены командирам подводных лодок. И английская подлодка, союзная России, торпедировала немецкий крейсер, отправленный поддержать Карфа.
Так Бахирёв нанёс немецкому флоту тяжёлое поражение.
В 1917 году, когда наступил развал флота, Бахирёв на одном совещании высоких военно-морских чинов сказал: «По-моему, пора доставать револьверы!». Но ему предстояло другое дело.
Осенью 1917 года вражеский флот пошёл в решительное наступление. Немцы высадили десанты на Моонзундских островах. Русская армия уже не хотела им сопротивляться. Солдаты больше думали о революции, чем о защите Отечества. Многие уходили с позиций без боя.
На флоте также было множество матросов-революционеров. Они плохо слушались приказов. Но во главе морских сил сопротивления был поставлен вице-адмирал Михаил Бахирёв. Ему доверяли даже самые яростные противники государственного порядка. Он не боялся стоять под вражеским огнём со своими офицерами и матросами. Он был суров, но справедлив. Его уважали. В годы войны Бахирёв обрёл славу настоящего морского волка. Поэтому военные моряки пошли за ним в сражение. В отличие от армии, флот дал бой немцам.
Другой флотский офицер вспоминал о нем: «Когда разразилась революция, команды на митингах выбирали себе начальников. Посудили-порядили и выбрали себе Бахирёва. По просьбе команды Михаил Коронатович вышел к ней на палубу и спросил: “Вы мне доверяете?” В ответ галдят: “Доверяем! Доверяем!” — “А я вам не доверяю, — заявил Бахирев. — До чего себя довели: царь от вас отрёкся”. И спустился в каюту. Команда посудила, порядила, решила: лучшего не найдёшь, и другого не выбрала».
Эскадры Германии сошлись у Моонзундских островов с Балтийским флотом России, намного превосходя его в силах. Русские моряки-балтийцы, истекая кровью, бились с врагом, нанося ему урон. Девять немецких кораблей пошли на дно, многие оказались повреждены русским огнём и русскими минами.
Флот России в конце концов ушёл из Моонзунда. Но ушёл доблестно, дав бой врагу, не замарав знамён трусостью. Современники признавали, что особую роль в этой борьбе сыграл Бахирёв. На его железной воле держалось сопротивление русского флота. Его решительность оценили высоко. «Если бы не Бахирёв, в первый же день все бы разбежались», — так говорили в то время.
Несколько месяцев спустя флотоводец ушёл в отставку. Новая, революционная власть звала его на службу. Но Михаил Коронатович этому противился. Как истинный казак, он желал служить царю и Отечеству, больше никому.
Современник, хорошо знавший адмирала, писал: «Со времени Октябрьской революции он всё предполагал пробраться на Юг и, донской казак, кажется, имел какие-то сношения с казачеством Добровольческой армии. Но это не удалось». Зато удалось другое: Бахирёв установил связи с белой армией генерала Юденича, наступавшей на Петроград. Ждал, когда белые отряды дойдут до Обводного канала, чтобы поднять верных людей на флоте. Юденич не дошел совсем немного…
Михаила Коронатовича арестовали, он долгое время просидел в тюрьме. Видя в нём своего убежденного противника, новая власть осудила и расстреляла знаменитого адмирала в январе 1920 года.
Современник контр-адмирал В.К. Пилкин сохранили в воспоминаниях слова русского флотоводца, сказанные им на суде: «С телом моим вы можете делать что угодно, а душу мою вам не продам». Перед расстрелом он попросил папироску у одного из тех красных стрелков, которые должны были всадить свинец ему в грудь, и хладнокровно выкурил.
Храбрый был человек. Истинный донской казак.
Дмитрий Володихин