Московские текстильщики Хлудовы стали известны благодаря своему умению работать и добиваться поставленных целей с середины «золотого века» не только в Первопрестольной столице Российской Империи. О них быстро узнали на трех континентах Земного шара: в Европе, Северной Америке и в Азии. Об этих людях, обладавших выраженным «упором воли», ходило немало легенд, но я расскажу их настоящую историю.
В Москве первым появился и купцом записался Иван Иванович Хлудов (1786–1835), пришедший в Первопрестольную в 1817 году из деревни Акатово Егорьевского уезда. Был он из государственных крестьян. Причиной такого перехода стала его верная жена, Меланья Захаровна Хлудова, урождённая Щёкина (1781–1838), имевшая в Москве дядюшку – пивовара, стремившегося развить свое дело, и потому нуждавшемся в родственной поддержке своих начинаний. В 1822 году получил Иван Иванович в Егорьевском казначействе свидетельство «на торг в Москве бумажным товаром на сумму в 2000 рублей в год. В 1824 году записывается Иван купцом III гильдии по Кошельной слободе в Первопрестольной. Поручительство в том давал своему свояку и московский пивовар, Афанасий Емельянович Щекин. Подобное поручительство давалось для гарантий честности нового купца. У Хлудовых, Ивана и Меланьи, за время совместной жизни на свет появились одиннадцать душ детей. Интересными для нашего краткого рассмотрения сегодня стали: Тарас (1805 — 1837), Савелий (1806 — 1855) и Алексей Иванович Хлудов (1818 — 1882), ставшие главными продолжателями дела отца. Наиболее интересны сыновья Алексея Ивановича, уже внуки Ивана Ивановича. Первенцем стал Иван Алексеевич (1839 – 1868), за ним появился на свет Василий Алексеевич (1841 – 1913), следом Михаил Алексеевич (1843 – 1885). Главной же героиней этой публикации я назначаю свою кровную прабабушку, правнучку основателя династии Хлудовых, Надежду Николаевну Хлудову. Действительно, ее жизнь можно по праву считать самой яркой в этой династии, наравне с не менее яркой судьбой ее крестного отца, легендарного Алексея Ивановича Хлудова.
По первому своему браку Надежда вошла в семью промышленников — кондитеров Абрикосовых, венчавшись с Алексеем Алексеевичем Абрикосовым, а с начала ХХ века стала супругой видного политика Европы, славянофила и объединителя славянских народов Европы под влиянием православной России, Карла Крамаржа. Она родилась в 1862 году в семье сына одного из основателей мануфактуры Хлудовых в Егорьевске, Николая Назаровича Хлудова. Отец ее, как и дед, скончался рано, оставив девочку на попечение матери, происходившей из рода Залогиных, и бабушке, принадлежавшей к семье Борисовских. Огромную роль в судьбе этой московской красавицы сыграл ее крестный, или, как тогда говорили, «восприемник», легендарный московский воротила, Алексей Иванович Хлудов. Именно он направлял судьбу своей крестницы и одновременно внучатой племянницы, он обеспечил ее будущее, передав ей после ее совершеннолетия приличный пакет акций Товарищества Кренгольмской мануфактуры, не имея никакого представления о том, как именно эти капиталы позже, уже в начале ХХ века, помогут в деле объединения славянства в Европе, а затем и «Русскому исходу» и борьбе с большевистской нечистью в России.
В воспоминаниях Владимира Ивановича Немирович – Данченко мы можем прочитать и о молодых супругах Абрикосовых, и о философском Салоне Надежды Николаевны: «Надежда Николаевна и ее муж Абрикосов принадлежали к той категории московских купцов, которые <. . .> отправлялись учиться за границу, в Лондон, говорили по-французски и по-английски. <. . .> Абрикосов, кондитерский фабрикант, участвовал в создании журнала по философии и психологии, а у его красивой жены был свой салон. Здесь можно было встретить избранных писателей, артистов, ученых. В ее полуосвещенной гостиной раздавался смех Владимира Соловьева, тогдашнего кумира философских кружков . . . И вот однажды в этом салоне появляется блестящий политический деятель из Праги. В комнате, где можно было курить, приезжий оратор, энергичный, чувствовавший свой успех, говорил на вопрос о том, что лучше: чтобы звонило много маленьких колоколов или чтобы из всех их был вылит один мощный колокол?».
Именно этот посетитель Салона Надежды Николаевны изменил ее жизнь, во многом определив судьбы славян в Европе и судьбы русских беженцев после событий 1917 года в России. Надежда Николаевна Абрикосова бросила мужа, и устремилась с Карелом Крамаржем в Вену, во втором своем браке став супругой депутата Австрийского Парламента от чешских земель, «младочеха» Карела Крамаржа, который после 1918 года стал первым Премьер – министром Республики.
Надежду Николаевну заботила деятельность ее второго супруга, видного славянофила и европейского политика. Его роль в объединении славян Восточной Европы и России сложно недооценить. По инициативе К.П. Крамаржа была разработана Конституция конфедерации славянских государств Европы (1914 год), был проведен Славянский съезд в Праге в 1906 году, а затем в Софии в 1910 году. Вот как Карел Петрович пишет о поддержке со стороны своей супруги его «славянских идеалов»: «В особенности она была довольна, когда много русских и русских поляков съехалось в Прагу на славянский конгресс 1906 года! Она вполне разделяла мои славянские идеалы и старалась, насколько это было только возможно, помочь русско-польскому сближению, каковое и удалось осуществить на съезде. Должен сказать, что наша внутренняя политика интересовала Надежду Николаевну лишь в той мере, в какой она отражалась на моем настроении; но все то, что что касалось славянства, было для нее дорогим и близким. Поэтому она с такой радостью поехала вместе со мной в 1910 году на славянский съезд в Софию, откуда мы потом через Царьград проехали в Крым».
Говоря о судьбе супругов Крамарж нельзя не сказать и о том, как к ним относились в руководстве Австрийской Империи в начале Первой мировой войны. Карл Крамарж к тому времени был видным политическим деятелем Европы и после объявления Россией мобилизации он, имея репутацию панслависта и русофила, был заключен под стражу в 1915 году и обвинен в государственной измене, в разжигании Великой войны и в привлечении России к решению судеб славянских народов Европы. Суд в Вене приговорил Карла Петровича к смертной казни через повешение, но Надежда Николаевна сумела добиться изменения приговора на пожизненное заключение своего супруга, проведя для этого множество встреч с влиятельными политиками Австро — Венгрии и Европы. Франц Иосиф I не решился казнить Крамаржа и других его сподвижников. Отбывая свой срок вместе со своими товарищами по борьбе, Карл Петрович был обнаружен своей супругой в полном изнеможении ввиду того, что власти прекратили кормить узников совести. И только вмешательство Надежды Николаевны в судьбу чешских политиков — заключенных, и ее фраза, сказанная на аудиенции у министра внутренних дел Австрии: «Суд приговорил моего супруга к смерти, но не к смерти от голода!», спасла от страшной судьбы и самого Карла Крамаржа, и его сподвижников.
После распада Австро — Венгрии и обретения независимости Чехословакии, Карел Петрович был встречен как истинный герой, а его супругу все чехи стали величать «наша русская мама». Став первым Премьером Чехословакии в 1918 году, Карл Петрович не забыл и о великой России, на которую обрушились несчастья в виде большевистской власти и гражданской войны. Именно он требовал от союзных России государств Великобритании и Франции выделения военных сил для немедленной интервенции в Петербург для отстранения от власти большевиков на Парижской мирной конференции 1919 года. Но его план не получил поддержки и даже был высмеян в европейской прессе, а на самого Крамаржа было совершено покушение.
Судьба России, без которой, по мнению четы Крамарж, в Европе невозможно было достичь устойчивого мира, а также независимой судьбы для славянских народов, решалась в Гражданскую войну. Чешский политик и его русская супруга прибыли в Крым в 1919 году. Они координировали работу представителей Главного командования Белой армии и общественных деятелей, также находившихся на русском полуострове. Именно Надежда Николаевна впоследствии стала «матерью русской эмиграции» для всех русских, вынужденно покинувших свою Родину на время, как всем тогда казалось! И первые четыре корабля для вывода Русской армии из Крыма были зафрахтованы на средства супругов Крамарж, и по общему замыслу Русская армия была обязана сохраниться для продолжения борьбы в качестве действующей военной структуры. И в этом деле роль Надежды Николаевны была неоценимой.
Вот как пишет в своих воспоминаниях, опубликованных Галлиполийским землячеством в 1936 году в Праге, профессор Люблянского университета Е.В. Спекторский: «Когда в Праге появилась русская эмиграция, Надежда Николаевна не отвернулась от нее как от людей, ставка которых бита, и не навязывала ей ту или иную нерусскую ориентацию < . . . > — она не только приняла большое и деятельное участие в организации чешской помощи впавшим в беду русским братьям, она сразу же дала им почувствовать, что она всею душою с ними < . . . >». Среди опекаемых у Надежды Николаевны были и барон Врангель, Верховный главнокомандующий Русской армией, и все объединения русских воинов, сплотившихся в Галлиполийское землячество и в Русский Общевоинский Союз. На средства Надежды Николаевны был издан труд барона «Белое дело», в котором Верховный главнокомандующий сохранил для последующих поколений правду о целях Белого движения и сопротивления большевикам. Поддерживала Надежда Николаевна и русских ученых, литераторов, преподавательский корпус, бежавший из России под страхом неминуемой гибели на Родине, объятой пожаром так называемой революции. Не утратив своего семейного хлудовского состояния, большая часть которого продолжала находиться на территории независимой Эстонии – Кренгольмская мануфактура, основанная ее крестным отцом, продолжала приносить ей достаточный доход. И большую часть его она направляла на поддержание важных инициатив по устройству жизни русских беженцев, помогала многим, нуждавшимся в поддержке, как в Праге, так и в других странах мира.
На средства Надежды Николаевны Крамарж издавался в Париже журнал Ивана Ильина «Русский колокол». От голодной смерти в Париже были спасены жена и сын выдающегося русского издателя и драматурга, Алексея Сергеевича Суворина, а его сын стал журналистом, окончив на средства Н.Н. Крамарж журналистский факультет.
Финалом служения Надежды Николаевны Крамарж русскому делу стало строительство на Ольшанах в Праге первого православного храма Успения Пресвятой Богородицы, который был возведен за короткий период, с 1924 по 1925 год. Для его строительства именно под предводительством Надежды Николаевны и на ее средства было создано «Ольшанское братство». По уставу братство должно было объединять православных людей в центре Европы ради сохранения православных традиций и единства. В его крипте покоятся останки двух великих людей — Надежды и Карела Крамаржей и в наши дни.
Такова история одной из выдающихся дочерей русского народа, ставшей музой всеславянского объединения в Европе и «матерью русской эмиграции» после русской трагедии 1917 года, в которой воплотилась и судьба ее рода – рода купцов Хлудовых. Подробнее об этой теме можно узнать из книги «Династия Хлудовых. Наследие и наследники московских купцов», Москва, «Кучково поле», 2025 год издания.
Д.П. Абрикосов, правнук Н.Н. Хлудовой — Абрикосовой — Крамарж.