Одним из самых страшных последствий революций 1917 г. стала деградация института семьи, и в первую очередь семьи дворянской, являвшейся очагом культуры, хранившей традиции, основанной на понятиях долга и чести. Чем богаче и плодотворнее была история семьи, тем более ярких, талантливых, плодовитых отпрысков являла она Отечеству и соотечественникам. Прекрасной иллюстрацией этого тезиса может быть биография видного государственного и общественного деятеля, известного в свое время ученого Михаила Алексеевича Веневитинова, о которой рассказывает в своей статье кандидат исторических наук А.Н. Лупарева.
Дворянский род Веневитиновых имел сравнительно неглубокие корни: он берет свое начало на рубеже XVI-XVII вв., когда в недавно основанной крепости Воронеж появляются служилые люди из г. Венева. Благодаря усердной службе они получают земельные наделы как на территории крепости, так и за ее пределами, и со временем становятся крупными землевладельцами региона. Еще более укрепило положение семьи активное участие в кораблестроении, развернувшемся в глубоко провинциальном Воронеже по инициативе молодого царя Петра Алексеевича Романова. В царствование Екатерины II Петру Акиндиновичу Веневитинову (1738-1799) удалось доказать право рода быть внесенным в шестую часть родословной книги российского дворянства и получить свой персональный герб, символика которого свидетельствовала о беззаветной преданности и верном служении рода Отечеству. Петр Акиндинович передал своему сыну Владимиру (1777-1814) не только благородство происхождения и память о подвигах предков в защите воронежской крепости, участии в Семилетней войне, но и большое состояние, жемчужиной которого было имение в селе Новоживотинном, включавшее более 10 тысяч десятин земли и около четырех тысяч крепостных.
Благодаря прекрасному во всех отношениях наследству Владимиру Петровичу Веневитинову удалось очень выгодно жениться: его супругой стала княжна Анна Николаевна Оболенская (1782-1841), представительница рода Рюриковичей и троюродная тетка А.С. Пушкина. Это возвело фамилию Веневитиновых на еще более высокую социальную ступень. Из пяти рожденных в этом супружестве детей в живых остались трое – Дмитрий (1805-1827), Алексей (1806-1872) и Софья (1808-1876). В отчем доме в центре первопрестольной столицы (в Кривоколенном переулке) они получили прекрасное образование, которое мальчики продолжили в Московском университете. Старший Дмитрий Владимирович уже в юном возрасте зарекомендовал себя как талантливый поэт и мыслитель, визави своего четвероюродного брата А.С. Пушкина, В.Ф. Одоевского (потомка князя Михаила Черниговского), будущих славянофилов Алексея Хомякова и Ивана Киреевского. Однако в возрасте 21 года поэт скоропостижно скончался в результате сильной простуды.
Продолжателем фамилии стал Алексей Владимирович, служивший в Департаменте герольдии Сената и дослужившийся до чина тайного советника. Алексей Владимирович, как и его отец, в высшей степени удачно женился на Аполлинарии Михайловне Виельгорской (1818-1884). Ее отец граф Михаил Юрьевич Виельгорский (1788-1856) был не просто видным представителем петербургской аристократии, но особой близкой к императорской фамилии, а его музыкальный салон в центре столицы был известен не только в России, но и в Европе.
В этом «домашнем очаге» и появился на свет Михаил Алексеевич Веневитинов (1844-1901), образованию которого поспособствовало не только обучение на историко-филологическом факультете Петербургского университета, но и общение с придворными кругами и ярчайшими представителями золотого века русской культуры, посещавшими салон его деда и бабки. Таким образом, Михаил Алексеевич имел возможность аккумулировать все богатство семейного наследия, как духовно-нравственного, так и материального. Не удивительно, что уже в подростковом возрасте он сформулировал идею служения как восхождения от узкосемейных и личностных интересов, через интересы и благо общества и Отечества к идее спасения души и служения Богу. Его собственная биография не погрешила против этого высокого идеала.
По окончании Петербургского университета, с 1868 г. Михаил Алексеевич несколько лет прослужил чиновником особых поручений при воронежском губернаторе. С 1869 г. занимал пост секретаря Статистического комитета. Позже неоднократно избирался почетным мировым судьей Землянским и Воронежским уездными земскими собраниями и губернским предводителем воронежского дворянства.
В 1870-х гг. Михаил Алексеевич проявил себя и как рачительный хозяин в управлении своими воронежскими имениями, что было особенно значимо в сложную для русской деревни пореформенную эпоху. Веневитинов способствовал устройству школ и медицинских учреждений на вверенных ему землях, но не забывал и научных изысканий. Так, в 1890 г. была опубликована книга «Расписные кирпичные избы», посвященная новой области народного художества Воронежской губернии.
Пребывание на родине предков не могло не поспособствовать изучению истории семьи: в одной из кладовых дома в усадьбе Новоживотинное Михаил Алексеевич обнаружил послания воронежских дьяков к своему отдаленному предку Антону Лаврентьевичу Веневитинову (1655-1717) с распоряжениями Петра I. В 1887 г. эти свитки стали частью очередной книги Михаила Алексеевича «Из Воронежской старины», посвященной трехсотлетию истории воронежского края.
Веневитинов не смог обойти своим вниманием и биографию своего рано умершего дяди поэта-романтика Дмитрия Владимировича. Тематика произведений последнего, известный платонический роман с княгиней Зинаидой Волконской (1789-1862), знакомство с рядом лиц из окружения декабристов к середине столетия превратили его жизнеописание в череду романтических мифов и домыслов, и опубликованная в 1885 г. в журнале «Русский архив» статья Михаила Алексеевича «К биографии поэта Д.В. Веневитинова» опровергла большинство из них.
Таланты Михаила Алексеевича не могли остаться незамеченными и в Петербурге: с 1875 г. он работал в Императорской Археографической комиссии; с этого же времени занимал ряд должностей во втором отделении Собственной Его Императорского Величества Канцелярии; в 1882 г. занял должность главноуправляющего кодификационным отделением при Государственном Совете. С 1874 по 1889 г. Михаил Алексеевич вырос и в придворных чинах, проделав путь от камер-юнкера до гофмейстера.
С 1896 по 1901 г. М.А. Веневитинов возглавлял московский публичный Румянцевский музей – уникальное собрание книг, манускриптов и предметов искусства, составленное графом Н.П. Румянцевым. Еще до получения этой должности Михаил Алексеевич сам передавал в фонд музея замечательные документы и рукописи из личного архива, среди них были автографы Н.П. Румянцева, А.С. Пушкина и Н.В. Гоголя. Возглавив музей, Веневитинов решил все получаемое им жалованье жертвовать на пополнение коллекции, позже ставшей основой Российской государственной библиотеки, ГМИИ им. Пушкина, Третьяковской галереи, Кунсткамеры.
В число разнообразных интересов Михаила Алексеевича вошли вопросы и духовной жизни русского народа. Веневитинов всесторонне исследовал один из ярчайших памятников древнерусской литературы «Хождение игумена Даниила в Святую землю». Статьи Веневитинова по этой тематике публиковались в «Журнале Министерства Народного Просвещения» и «Памятниках древней письменности и искусства», а также в сборнике Православного Палестинского общества, членом-учредителем и действительным членом которого Веневитинов являлся с 1882 г.
Михаил Алексеевич был также членом Общества любителей Российской словесности, почетным членом Русского библиографического общества и Российской Академии наук. Был награжден орденами Святого Владимира IV и III степени, и Святого Станислава II и I степени.
В недолгом супружестве с Ольгой Александровной Щербатовой у Михаила Алексеевича не появилось наследников, но ими и в материальном, и в духовном отношении вполне могли стать племянники – дети его брата Владимира Алексеевича и их потомство. Однако трагические события, обрушившиеся на Россию в 1917 г., сломали не только поступательное развитие страны, но и историю рода Веневитиновых: потомки Владимира Алексеевича, оставшиеся в России, сгинули в лагерях, а эмигрировавшие в Англию жили под другой фамилией, долгое время не подозревая о своем славном происхождении. Тем ценнее и дороже для нас должно быть наследие этого и многих других исчезнувших русских дворянских семейств – идея, также отраженная в творчестве Михаила Алексеевича Веневитинова – в стихотворном произведении 1888 г. «Про былое»:
Родной семейный кров! Очаг воспоминаний!
Заветов дорогих, преданий колыбель!
Свидетель детских игр и пламенных мечтаний,
Когда в моей душе слагалась жизни цель!
Опять увидел я твои седые стены,
Я попираю вновь твой, сердцу милый, прах, –
Который не смели ни рока перемены,
Ни жизни пестрота, – и чувствую я страх
И трепет сладостный, и нежную тревогу
Перед святилищем далекой старины…
Надежда Лупарева